ЭкстримальностьДаже самый осторожный и замкнутый человек в течение своей жизни вынужден встречаться с внешним окружением, переживать новые, необычные для себя ситуации и испытывать от этого определенный стресс. При этом, чем больше человек прячется от таких встреч,  тем более экстремальными они ему представляются, тем более острую и болезненную реакцию они в нем вызывают. В детстве, любой отрыв от матери для ребенка обозначает экстремальную ситуацию. Ребенок испытывает страх, ужас и отчаяние. Его реакция – плачь, доходящий до истерики. С возрастом, человек учится контролировать свои страхи и эмоции. Однако, острота стресса вряд ли снижается. Избежать экстремальных ситуаций не удается. Уровень и острота переживаний таких ситуаций, во многом, человек определяет для себя сам, хотя, как правило, делает он это на бессознательном уровне.

Принимая неизбежность столкновений с экстремальными ситуациями, как данность, и сознавая субъективный характер вызванных этими столкновениями переживаний, необходимо определиться с их интерпретацией. Ведь в основном этим и будет определяться острота, продолжительность и в конечном итоге успешность преодоления очередной экстремальной ситуации в жизни человека.

Вопросам интерпретации и принятия экстремальной ситуации посвящено настоящее эссе.

Зона психологического комфорта и повседневные шаблоны поведения

Повседневная жизнь взрослого человека характеризуется таким признаком, как «устоявшийся жизненный порядок». В контексте социальной и личностной психологии он может ассоциироваться со своеобразной  зоной Психологического Комфорта (зоной ПК), в которой ход мыслей, правила поведения и даже ощущения подчиняются неким  общественным и личностным шаблонам. Это — ментальная и бытовая сфера жизни, в которой происходят во многом предсказуемые, привычные для нас явления, расписанные наперед как бы «по расписанию». Подобно, уютному и комфортному месту с креслом и мягким светом, в котором наше тело расслабляется автоматически, зона психологического комфорта, не предвещая никаких неожиданностей, расслабляет нашу психику, освобождая ее от возможностей возникновения стресса и фрустрации. Здесь мы можем позволить себе роскошь не напрягаться в поисках решений, в ответах на вызовы, но действовать механически, по привычным для нас (и для общества) шаблонам поведения (рутинно, буднично и т.п.). Зона психологического комфорта, таким образом, представляется той привычной областью жизненного пространства, куда мы стремимся попасть бессознательно, чтобы отдохнуть и расслабиться от стрессов и вызовов, с которыми жизнь постоянно сталкивает нас при погружении во внешний мир.

Заметим, что длительное пребывание в зоне психологического комфорта ведет к психической деградации, ровно так же, как длительное нахождение в постели приводит организм к мышечной атрофии, потере аппетита, иммунитета и т.д. Личность не развивается, поскольку не испытывает никаких мотиваций для развития. Классическим примером такого личностного застоя является герой романа И.А. Гончарова «Обломов». Соответствующая ему линия поведение (точнее отсутствие какого-либо поведения) превратилось в нарицательное понятие – Обломовщина, которое символизирует душевную леность и застой.

Зону психологического комфорта можно представить как своеобразную ментальную сферу, или как социальный «аквариум», в границах которого мы чувствуем себя «как дома». Выход из этой зоны всегда сопряжен со страхом неизвестного. Там, где у человека еще не сформирован шаблон поведения, и даже отсутствует опыт реагирования, он теряет психологическую опору, испытывает тревогу и дезориентацию.

Каждый из нас сталкивался с этим ощущением испуга и дезориентации в процессе взросления. В возрастной психологии стресс, переживаемый ребенком при его первых самостоятельных шагах в социуме известен и описан как феномен социализации.  Известно, что отрыв ребенка от родителей начиная от дошкольных детских учреждений и оканчивая вступлением в самостоятельный быт, довольно мучительный процесс (см. например, Малкина-Пых И. Г , 2005) . Можно сказать, что общая причина страхов, фрустраций и соответствующих возрастных кризисов сводится к необходимости выхода из обжитых зон психологического комфорта. Но, если в детском и юношеском возрасте выход из зоны психологического комфорта предопределен природой, т.е. программой физического роста, то по достижению формальной взрослости, этот выход все более затрудняется. Причин, как минимум две: во-первых, программа физического роста и формирования организма в целом завершается; во-вторых, завершается процесс социализации, который включает мировоззренческое созревание и формирование шаблонов приличного поведения. Дальнейшее развитие личности целиком зависит от мотивации и усилий самого индивида.

Поскольку, следование шаблонам и рутине не требует никаких усилий, подобно дрейфу по течению в теплой воде, большинство людей, попав в подобное состояние, теряют мотивацию к действиям и перестают развиваться. При длительном застое, когда человек долго не выходил из зоны психического комфорта, даже небольшой шаг за ее пределы может вызывать настоящий стресс. Предчувствие страха перемен парализует волю, и останавливает побуждения выйти за границы своего «аквариума». Так личность останавливается в своем развитии.

Что же стимулирует человеческую личность к росту и расширению сознания? Что может заставить человека выйти за флажки, которыми бессознательно ограничена зона его психологического комфорта, пережить неизбежный стресс и возвыситься над собой?

Очевидно, что внутренним мотиватором такого скачка должно служить состояние неудовлетворенности, желание обновления, наконец, природное любопытство и стремление к преодолению своих собственных внутренних барьеров (см,, например, Д.Холлис, 2009). Внешним же толчком, как правило, служат экстремальные ситуации, которые выбивают человека из привычного, рутинного образа жизни, или, пользуясь введенной выше терминологией, заставляют его разрушить скорлупу зоны своего психологического комфорта и расширить ее границы.

Чтобы понять, как это происходит, и  рассмотреть детальнее феномен преодоления человеком экстремальной ситуации необходимо определиться с понятиями экстремальная ситуация, психологический стресс и универсальная реакцией на него человеческой психики.

 

Экстремальная ситуация, стресс и реакция на него

Понятия экстремальная ситуация, стресс, адаптируемость, гомеостаз, психологическая травма и реабилитация после нее обсуждаются в разделе психологии называемом психология экстремальных ситуаций (см. например Лебедев В.И., 1989 или Осухова Н.Г., 2005). Ниже мы приводим необходимые определения, отредактированные в контексте исследуемого феномена – роли экстремальной ситуации в жизни человека. Но, поскольку в самом названии эссе фигурирует понятие «жизнь человека», нам необходимо, прежде всего, определиться с этим экзистенциальным понятием и его смысловой окраской в контексте психологии экстремальных ситуаций.

Опуская биологическую природу жизни на Земле и не вдаваясь в философский смысл слова «жизнь», мы будем понимать под жизнью, прежде всего, процесс или путь развития личности от ее рождения до духовного пробуждения (см. подробнее об этом эссе «Духовный рост или деградация?») .

Поскольку человек, развиваясь физически и психически, меняет ориентиры, смысл его жизни не остаётся неизменным на протяжении времени. Так Эрик Эриксон считал (Э.Эриксон, 1996), что в течении жизни происходит эволюция ее смыслов. Если в юности и зрелости наши мысли сосредоточенны преимущественно на развитии и укреплении своего эго, то ближе к старости локус внимания смещается за пределы собственного «я», а смысл существования человек видит уже не в сохранении своего эго, но в выходе за его пределы. Наиболее полно эту эволюцию смыслов отражает гуманистическая психология Абрахам Маслоу. В его иерархии потребностей постоянно меняющийся смысл жизни следует за, естественным для человеческой природы, стремлением к самоактуализации на все более высоком духовном уровне (Маслоу А., 2008).

Итак, смысл человеческого существования будем понимать как череду самоактуализаций на все более высоком духовном уровне (подробнее см. в эссе «Уровни человеческого сознания в трактовке вечной философии и трансперсональной психологии»), в процессе которой роль человеческого эго постепенно отходит на второй план, сменяясь осознанием своей причастности к чему-то большему — трансперсональному, ощущением себя частью живой природы и ее ноосферы.

Важно выделить ключевую роль этого процесса в понимании смысла жизни. Получается, что удобное и приятное пребывание в зоне психологического комфорта противоречит природе человека. Возможно ли это? И если да, то что заставляет его вспоминать о своем предназначении и выходить из этого комфортного состояния, осуществляя свою главную миссию – актуализацию самости ? Можно утверждать, что на определенном этапе взросления, эту функцию на себя берут экстремальные жизненные ситуации.

 

          Понятие экстремальной ситуации

Экстремальными  ситуациями  обычно обозначают  события,  которые  выходят  за  пределы  обычного  человеческого  опыта  и  нарушают  привычные  способы  реагирования  личности, т.е. шаблоны поведения (см., наример, Ю.С. Шойгу. М, 2007). На  состояние  и  поведение  человека  в  экстремальной  ситуации,  оказывают  влияние  такие  её  характеристики  как  нестандартность, внезапность появления, жесткость, неумолимость и т.п. Попадание  в  уникальную,  незнакомую  ситуацию  вызывает  у  человека  ощущение ступора,  когда  он  не  знает,  что  делать.  Вместе с тем, оценка ситуации, как экстремальной, во многом субъективна. Очевидно, что профессиональный альпинист или пожарный не ощутит никакой экстремальности от выхода на крышу дома и подхода к ее краю в то время, как обычный человек почувствует как минимум стресс, или даже испытает шок от страха высоты. Иными словами,  одна  и  та  же  ситуация  может  восприниматься  как  угроза,  как опасность, как  испытание  или, наконец, как обычное событие.

          Уровни экстремальности

Различают три уровня  экстремальности ситуации (Склярова Т.В., 2010) , каждая из  которых определяется сугубо субъективно в зависимости от уровня устойчивости психики к стрессу[1]:

Первый уровень – «повседневные неприятности».  Здесь личность легко адаптируется, принимая ситуация, в качестве «нормального отклонения» в освоенной рутине своей  жизнедеятельности. Выход из зоны психологического комфорта если и происходит, то не на долго, и с обязательным возвратом обратно.

Второй уровеньнеобычные  жизненные ситуации. Здесь «в результате внешних воздействий или внутренних изменений происходит нарушение адаптации человека к жизни, в результате чего он не в состоянии удовлетворять свои основные жизненные потребности посредством моделей и способов деятельности (поведения), выработанных в предыдущие периоды жизни» (см. Осухова, 2005, с.29). Подобные ситуации характеризуются нарушением привычного распорядка жизни и побуждением к изменениям устоев, независимо от того, воспринимаются они человеком негативно или позитивно. Это могут быть такие кризисные ситуации, которые вынуждают человека совершать поступки, круто меняющие его привычный образ жизни: менять место жительства, род деятельности, привычное окружение и т.п. Часто эти ситуации связывают с возрастными кризисами. Выход из зоны психологического комфорта происходит, хотя и носит протяженный во времени характер.

Третий уровеньэкстремальные жизненные ситуации. Обычно они ассоциируются с природными катастрофами социальными потрясениями  или техногенными авариями,   В таких ситуациях, как правило, возникает угроза жизни или, как минимум, благополучия человека и/или его семьи. Они, в отличие от необычных ситуаций, возникают неожиданно, резко меняя жизненный уклад, и выбивая человека из привычных схем поведения. Соответственно выход из зоны психологического комфорта происходит практически мгновенно.

По мнению психологов, второй и третий уровень экстремальности, не обходится без психологического стресса, за которым может следовать жизненный кризис. Впрочем, объективной границы между уровнем «неприятности» и «экстремальной ситуации» провести невозможно, поскольку, как  отмечено выше, порог стресса и формы реакции на него у каждого человека индивидуальны.

Что же такое психологический стресс и какова реакция на него человека?

 

Психологический стресс

Стресс в широком смысле это внешнее воздействие (от английского stress — давление, нажим, напряжение). В приложении к человеческой психике в качестве стресса могут выступать любые внешние вмешательства, нарушающие его внутреннее равновесие (гомеостаз) и вызывающие неспецифичный отклик в виде учащенного дыхания, сердцебиения, повышения артериального давления и т.п. Этот неспецифичный отклик[2] определяется общим термином Дистресс (от английского Distress — горе, несчастье, недомогание, истощение, нужда). Однако, со временем частица «Ди» была опущена, и под стрессом в отношении к человеческому организмом стали понимать уже не воздействие, а отклик. Таким образом, в сегодняшней медицинской литературе под стрессом понимается  неспецифический ответ организма на любое предъявленное ему требование. Ответ организма, по сути, всегда сводится к попытке вернуться в «нормальное» состояние гомеостаза. Важно подчеркнуть, что холод, жара, лекарства, гормоны, печаль и радость вызывают одинаковые биохимические реакции в организме.

Психологический стресс, по сути, есть ответ человеческой психики на стресс, интерпретируемый как экстремальная ситуация. Если понимать под психологическим гомеостазом зону психологического комфорта, то психологический стресс может рассматриваться, как осознанное или подсознательное стремление к возврату в зону психологического комфорта или созданию новой подобной зоны.

Человек, подвергшийся стрессу в экстремальной ситуации, адаптируется к ней не сразу. Скорость адаптации зависит как от индивидуальных природных качеств организма, так и от уровня психологической устойчивости, наработанной личностью с годами. В общем случае психологическая реакция на стресс предполагает прохождение через три последовательные фазы (Г. Селье, 1960):

1  Фаза неприятия и попытка остаться в исходной зоне психологического комфорта;

  1. Фаза борьбы, на которой осуществляется выход из зоны психологического комфорта и переход к новой зоне на новом уровне;
  2. Фаза адаптации в новой зоне психологического комфорта.

Продолжительность и острота пребывания в каждой фазе варьирует в широких пределах. Так фаза неприятия может длиться от секунд до нескольких дней, фаза борьбы может продолжаться несколько недель и даже месяцами. Еще длиннее фаза адаптации, которая может тянуться месяцами и не увенчаться успехом. В этом случае наступает реверсивная фаза возврата к исходной зоне психологического комфорта. Но, поскольку в ней комфорт уже невозможен, человек попадает в тяжелое, депрессивное, посттравматическое состояние.

. Продолжительность и болезненность каждой фазы, во многом определяется внутренним отношением человека к той экстремальной ситуации, которая вывела его из привычной и устоявшейся зоны психологического комфорта.  Так,  например,  восприятие  экстремальной  ситуации  как  угрозы  или  опасности  формирует  у  человека  отношение  к  себе  как  к  жертве,  что  приводит  к  пассивному  поведению,  формированию  неконструктивных  механизмов  психологической  защиты, перемещении локуса контроля вовне, т.е. к обвинению  других  во всех своих проблемах. Такая стратегия поведения лишь продлевает мучения и затрудняет адаптацию к новым условиям. Наоборот, признание экстремальной ситуации в качестве вызова или испытания, брошенного человеку его судьбой, как результат всей его предшествующей жизни, придает человеку силы и мотивацию, необходимые для успешного преодоления кризиса. Чем более самостоятельно и осознанно человек  проходит через неизбежные фазы стресса, вызванного экстремальной ситуацией, тем быстрее и необратимее его утверждение в новой зоне психологического комфорта. Тем выше потенциал его последующего духовного роста.

В ходе последней фазы — адаптации к жизни в новых условиях, у человека модернизируется как представление об окружающем его мире, социуме, так и о себе самом. При полной адаптации и переходе к психологическому комфорту на новом уровне, реальный мир «вовне» и сложившийся у человека субъективный образ мира уравновешиваются. Жизнь постепенно входит в привычную колею, обрастая обновленными шаблонами поведения и восприятия. Так заканчивается очередной возрастной цикл развития.

Итак, мы определили  основные понятия, связанные с возникновением и переживанием экстремальной ситуации в жизни человека. Теперь рассмотрим как оценивает этот феномен психологическая наука и психотерапевтическая практика.

Как оценивать экстремальные ситуации?

Следует  отметить,  что  психологические  исследования  экстремальной  ситуации традиционно  акцентируют  негативные  аспекты  её  влияния  на  психику  человека,  ассоциируя  её  с  такими  состояниями  как  стресс, дезадаптация,  социальная и бытовая дезориентация, фрустрация,  депрессия, травма,  кризис и т.п.

Подавляющее  число  психологических  публикаций  по  экстремальной  проблематике  посвящено  диагностике психологических  травм,  их  классификации,  разработке  методов  их  коррекции, а так же последствиям  преодоления  травмирующего психологического эффекта экстремальных  ситуаций. Внимание  исследователей  сосредотачивается  на  поиске  диагностических  критериев, аспектах реабилитации и адаптации пациентов. Актуальным  остаётся  изучение  того,  каким  образом  человек  может  подготовиться  к  встрече  с  экстремальными  ситуациями  и  без  психологической  помощи  справиться  с  жизненными  трудностями,  с  неожиданными  негативными  событиями.

Сторонники этого, классического подхода считают, что эмоции, возникающие у человека в ответ на экстремальную ситуацию оказывают на него прежде всего дезорганизующее воздействие. Человек, находящийся в состоянии эмоционального напряжения, разгневанный, например, действует хаотически, не учитывает характера ситуаций, неправильно пользуется получаемой информацией, реагирует или слишком сильно, или слишком слабо, вне корреляции с силой раздражителей. Резкий страх приводит к оцепенению, исключает вообще всякую деятельность.

Важно заметить, что во всех подобных подходах, человек, попавший в экстремальную ситуацию, по умолчанию рассматривается как жертва обстоятельств и пострадавшая сторона.

Однако, в последние десятилетия  в  психотерапии  и  конфликтологии  набирает популярность альтернативная концепция  кризиса  как  источника  развития  личности. При таком подходе любая нестандартная и даже трудная жизненная  ситуация  рассматривается,  как  повод  для  осознания  неизбежности развития, смены жизненных ориентиров и экзистенциальных парадигм.  В  рамках  гуманистической  психологиипсихологии  развития личности,  а также трансперсональной  психологии  экстремальная  ситуация  рассматривается прежде всего, как благоприятный барьер, преодолевая который личность обретает новый уровень самоактуализации и потенциал для дальнейшего роста. Фраза Ницше «Все, что не убивает нас, — делает нас сильнее» передает смысл этой концепции в ясной и афористичной форме.

Такой подход, позволяет пересматривать всю концепцию возрастных кризисов человека в новом свете. Ряд  психологов  (Ф.  Лисбет,  В.А.  Ананьев,  Ю.Н.  Кандрашов )  рассматривают возрастной кризис, и в частности кризис середины жизни,  как  потенциал  роста.  Так,  например,  В.А.  Ананьев  использует  понятие  «потрясение»,  как  особого  состояние  напряжения  душевных  сил  человека,  посредством  которого  он  поднимается  выше  уже  осмысленных  возможностей.  «Кризисные  события  жизни  могут  оказать  разные  действия:  одного  человека  они  приводят  к  сумасшествию,  а  другого  —  к  святости.  Когда  опрокидывается  вся  жизнь,  все  смыслы,  на  которые  опирался  разум,  это  тяжкое  испытание.  Выдержавший  его  обретает  новые  смыслы  на  новом  уровне  существования…  Многие  видные  личности,  как  правило,  имеют  в  своей  истории  опыт  потрясения.  После  него  часто  обостряется  интуиция,  и  человек  становится  словно  бы  ведомым  некою  силою.  Такие  люди  опираются  уже  не  просто  на  факты  и  знания,  а  на  внутренние  подсказки.  Ведь  потрясение  открывает  доступ  к  внутренним  ресурсам  человека».

Такой, креативный взгляд на кризис и преодоление экстремальной ситуации хорошо согласуется с теорией развития личности, принятой в гуманистической психологии. В ней «Пиковое  переживание»  (А.  Маслоу) или «Экзистенциальное  озарение»  (К.  Ясперс),  приобретает ключевое значение, смысл которого  в выходе  за  пределы  обыденного сознания и  получении  нового  уникального опыта.  Здесь важно отметить,  что  только  приближение  человека к  пределам,  за  которыми для него не существует стереотипов поведения,  мобилизует его внутренние силы к переходу на качественно новую ступень мировосприятия. Сам этот переход, невозможен в обыденной жизни, поскольку он никак не мотивируется в зоне психологического комфорта. И только экстремальная ситуация становится тем спусковым механизмом, который запускает, потенциальную энергию преобразования, хранящуюся внутри у каждого человека. Очень часто прохождение фаз кризиса выявляет  в человеке подчас  совершенно  неожиданные  для  него  качества  и  способности.  В  научной  литературе  накапливается  всё  больше  эмпирических  исследований,  свидетельствующих  о  позитивном  влиянии  экстремальных  ситуаций  на  развитие  личности:  более  яркое  восприятие  происходящего  вокруг,  осознание  ценности  человеческой  жизни,  актуализация  таких  качеств,  как  доброта,  терпимость  к  людям. принятие  на  себя  ответственности  за  свою  жизнь а также за сохранение жизни у своих близких и на всей планете под названием Земля (Лассан  Л.П.,  Малыхина  Я.В.  В.А.  Ананьев , 2010).

Сторонники гуманистической школы и креативного подхода к интерпретации и преодолению экстремальных ситуаций считают, что эмоции стресса мобилизуют, напряжение различного содержания, как тревога, страх, гнев, эйфория, участвуют в процессе приспособления, адаптации человека к кризисным ситуациям.

Важно подчеркнуть, что в этих современных подходах, человек, попавший в экстремальную ситуацию, уже не рассматривается как жертва обстоятельств, но напротив, — как творец своей судьбы.

 

 

Экстремальная ситуация, как необходимая предпосылка для развития полноценной личности

 

Итак, мы ввели в рассмотрение зону психологического комфорта, как психологический аналог гомеостаза, в которой модель реальности и соответствующее мироощущение уравновешено сигналами принимаемыми человеком из внешнего мира. В результате, находящийся в зоне психологического комфорта человек не испытывает ни тревоги, ни фрустрации, ни озабоченности. Мы связали смысл жизни с непрерывным процессом переоценки себя в мире и мира в себе. Мы также определили экстремальную ситуацию, как такие жизненные обстоятельства, которые вынуждают человека выйти из своей индивидуальной зоны психологического комфорта и предпринять действия для обретения вновь внутреннего равновесия. Наконец, мы связали универсальные реакции обусловленные стрессом с природными и благоприобретенными возможностями человека для борьбы и адаптации. Мы убедились, что возврат к прежней зоне психологического комфорта, т.е. не преодоление психологического кризиса, а попытка адаптации к нему ведет к деградации личности и связанным с этим расстройствам психики. Напротив, преодоление границ обжитой зоны психологического комфорта и адаптация в новой зоне психологического комфорта вполне согласуется с программой личностного роста, заложенного в человека самой Природой (об этом см. эссе «Духовный рост или деградация?», «Эволюционная психология или психология эволюции?»)

Один из самых наглядных примеров естественного расширения зоны психологического комфорта – взросление ребенка. Когда ребенок выходит из чрева матери, и оказывается в неизвестной, пугающей реальности, зона комфорта у него как таковая еще отсутствует. Со временем, по мере проживания повторяющихся ощущений, сознание начинает фиксировать «привычное», и ребенок немного успокаивается. Обретая свои первые психологические опоры, сознание ребенка создает начальную зону комфорта, в рамках которой он ощущает себя в безопасности. Дальнейшее взросление и расширение зоны комфорта для ребенка происходит за счет развития самостоятельности и независимости. Так, постепенно, формируется новое эго и новая личность.

С годами, однако, преодоление зоны психологического комфорта становится все более болезненным и длительным процессом поскольку окрепшее эго человека сопротивляется всякому новому переходу и слому прежних шаблонов и стереотипов. Вопрос позитивны или негативны последствия новых возрастных кризисов целиком переходит в смысловую, экзистенциальную плоскость.

Следуя гуманистической школе психологии, и данному в ней определению смысла жизни, мы с неизбежностью приходим к позитивной оценке экстремальных ситуаций в жизни каждого человека. Именно они служат пусковым крючком к внутренним преобразованиям человеческой личности, поскольку добровольно вывести себя из состояния психологического комфорта взрослому человеку оказывается все труднее, а порой и невозможно. (Эта возможность зависит от степени развития его эго и мотивированности к поиску новых уровней самоактуализации). Доказательством последнего утверждения служат многочисленные примеры инфантилизма, душевной немоты и равнодушия среди взрослого населения земного шара. Человечество, в своем подавляющем большинстве удобно расположилось в коллективной зоне психологического комфорта, где целью жизни стало непрерывное удовлетворение материальных потребностей и продление получения удовольствий. Собственно говоря, именно в достижении подобной тотальной зоны психологического комфорта, в которой люди минимально соединены друг с другом и со средой своего обитания, но максимально привязаны к благам цивилизации, состоит цель общества потребления, как вершины современной технократической цивилизации.

Уместна аналогия поля гравитации и поля притяжения материальными благами. В обоих случаях это поле тяготения тем мощнее, чем выше совокупная материальная масса. В обоих случаях для отрыва от притяжения гравитирующей массой, телу или субъекту общества необходимо набрать определенную энергию отрыва. В случае запуска ракеты, эту энергию придает реактивная тяга ракетных двигателей. В случае отрыва человека от притяжения его зоной психологического комфорта требуется внешние усилия, которые и реализуются экстремальными ситуациями.

Важно то,  как  сам  для  себя  человек  определяет  смысл  экстремальной  ситуации. Если – как кризис, крушение надежд, насильственный отрыв от благополучной и устоявшейся жизненной рутины, то человек неизбежно ощущает себя жертвой. Отсюда и его поведение и эмоциональная реакция на происходящее с ним событие – фрустрация, депрессия, потеря интереса к жизни и т.д. вплоть до суицидального синдрома. Для психики жертвы характерен внешний локус контроля, при котором все, что с человеком происходит – есть результат чьего-то злого умысла. В его картине реальности преобладают темные тона, в риторике – осуждение. Экстремальные ситуации, вместо встряхивания такого человека и возврата его к адекватному восприятию реального мира и себя в нем, все глубже проваливает его в зону притяжения и притязания его ненасытного эго.

Если же экстремальная ситуация воспринимается человеком, как «желанный повод для борьбы и преодоления себя», — то и эмоциональный фон, и последствия стресса для такого человека безусловно будут благотворны. Прекрасное подтверждение этому – судьба выдающегося  учёного психолога, философа и педагога  Виктора  Франкла,  узника  концлагеря  времен  второй мировой  войны.  Описывая  переживания  и  поведение  людей  заключённых, Франкл  пишет  о  той  немногочисленной  категории  людей,  которые  «никогда  не  рассматривали  лагерную  жизнь,  как  простой  эпизод  —  для  них  она  была  скорее  испытанием,  которое  стало  кульминацией  их  жизни.  Об  этих  людях,  во  всяком  случае,  нельзя  говорить,  что  они  испытали  регрессию;  наоборот,  в  моральном  отношении  они  испытывали  прогрессию,  претерпели  эволюцию  —  в  моральном  и  религиозном  отношении» (В. Франкл, 1990). Он  считал,  что  человек  свободен  в выборе своего отношения к  обстоятельствам жизни. В частности,  тяжёлая , экстремальная ситуация  даёт  человеку  возможность  внутренне  возвыситься  над  самим  собой.

Качество и количество невзгод, выпавших на долю разных людей, варьируют в широких пределах. Народная мудрость гласит, что Господь, творя участвуя в судьбе,  дает человеку не больше того, чем он способен вынести. С точки зрения науки, эта разница обусловлена разным уровнем чувствительности к стрессу у разных людей. Одно и то же событие у слабого и сильного духом человека может вызывать или панику, или радостное предчувствие преодоления. То, что одних возвышает, других способно сломать. В самом деле, как часто мы видим, что «счастливые избранники» и кумиры своего поколения приходят к своим звездным мгновениям, пройдя суровый путь лишений и невзгод!

Отношение к невзгодам, как к благодати восходит своими корнями к древнейшим учениям о духовном росте. Так, в буддизме основой духовного роста считается избавление от привязанностей (см. подробнее эссе «Буддизм XXI-го века – религия общества потребления »). Пользуясь введенными определениями и аналогиями, легко интерпретировать учение Будды, как способ беспрерывного и безграничного расширения зоны своего психологического комфорта, или иначе — как  избавление своего «я» от привязанности к своему эго, от притяжения материальными и эмоциональными благами. Венцом такой практики должно служить осознанное вхождение в свою физическую смерть, которое согласно учению Будды является самым естественным, хотя и не самым простым путем к Просветлению.

Выводы

Подводя итог всему сказанному, заключаем, что непрерывное расширение зоны психологического комфорта обусловлено природной потребностью человека в расширении своего сознания и ракурса самоактуализации. Разрешая жизненные проблемы, преодолевая препятствия на своем пути, мы одновременно «отвоевываем» у нашего бессознательного все новые «территории».  Одновременно и попутно с этим мы высвобождаем из психологических блоков свои страхи и зажимы, становясь все более свободными и осознанными личностями.

В этой связи, экстремальные ситуации просто необходимы для нашего внутреннего роста и самосовершенствования. А уж уровень экстремальности, подбирается по достигнутому духовному росту и силе.

 

Литература

  1. Ананьев В. А. 2006. Основы психологии здоровья. Книга 1. Концептуальные основы психологии
  2. здоровья.— СПб.: Речь, — 384 с
  3. Лассан  Л.П.,  Малыхина  Я.В.  В.А.  2010.  Ананьев  —  ученый,  учитель,  ученик.  //  Медицинская  психология  в  России:  электрон.  науч.  журн.  №  3.
  4. Лебедев В.И., 1989. Личность в экстремальных условиях. М: Политиздат.- 303с..  
  5. Малкина-Пых И. Г., 2005. Возрастные кризисы взрослости. М.: Изд-во Эксмо,– 416 с.
  6. Маслоу А., 2008.  Мотивация и личность. 3-e изд. Пер. с англ. Издательство: СПб.: Питер, 352с.
  7. Осухова Н.Г., 2005. Психологическая помощь в трудных и экстремальных ситуациях. М., Академия, — 288с.
  8. Психология экстремальных ситуаций для спасателей и пожарных / Под общей ред. Ю.С. Шойгу. М.: Смысл, 2007. — 319 с.
  9. Эриксон Э. Детство и общество. – СПб.: 1996. — 592 с.
  10. Селье Г.,  1960. Очерки об адаптационном синдроме, Медгиз, – 255 с.
  11. Франкл  В.,  1990. Человек  в  поисках  смысла:  Сборник  /  пер.  с  англ.  М.:  Прогресс,  — 368  с.  
  12. Склярова Т. В., 2010.  Развитие личности в трудных жизненных ситуациях и экстремальных условиях.  
  13. Толли Б., 2005. Экстремальная духовность Потрясающее путешествие за внутренние границы
  14. Холлис Дж., 2009. Перевал в середине пути, Перевод с английского, «Когито-центр»,  208с.

 

См. также эссе под рубрикой «Горизонты»:

  1. Эволюционная психология или психология эволюции?
  2. Духовный рост или деградация? На что и как мы можем влиять в своем личностном росте
  3. Ловушка двойственности восприятия
  4. Старшие Арканы Таро в контексте психологии эволюции и духовного пробуждения
  5. Квантовая психология – современная теория просветления
  6. Горизонты осознанности
  7. Базовая метапотребность в развитии личности
  8. Стадии духовного роста личности в контексте возрастных кризисов
  9. Уровни человеческого сознания в трактовке вечной философии и трансперсональной психологии
  10. Пути Познания Истины

 

См. также разделы Справочника :

  1.             Социализация как этап психического развития личности
  2.             Вернуть утраченную целостность
  3.             Модели описания личности и ее развития в персонологии
  4.             Возрастные кризисы взрослости
  5.             Теория личности в гуманистической парадигме
  6.             Что скрывают наши маски?
  7.             Гуманистическая  психология
  8.             Холономная парадигма и трансперсональная психология

 

 

[1] см. определение стресса ниже

[2] Неспецифичный т.е. универсальный или стереотипный

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>