За гранью телаЕсли мы хотим приблизиться к совершенной истине, мы должны серьезно считаться с обширным миром мистического восприятия

У. Джеймс

«Каждому из нас обязательно нужно решить вопрос, зачем он здесь и каково его предназначение» пишет практикующий американский нейрохирург Эбен Александер, переживший в коме околосмертный опыт, который глубоко переменил его внутренний мир, превратив его из материалиста-скептика в мистика-идеалиста. Но какой в этом смысл и практическое значение? С точки зрения современного урбанизированного человека, обученного в традициях материализма и прагматизма ценно лишь то, что приносит доход (желательно в обозримом будущем). В такой картине мира смысл имеет лишь то, что способствует достижению этой неоспоримой ценности: хорошая стартовая позиция в марафонском забеге за благами цивилизации, успех в конкурентной борьбе с себе подобными и здоровье для преодоления дистанции длиною в жизнь. За пределами этой дистанции, по ту сторону смерти — пустота и небытие, поэтому важно успеть достичь цели в её пределах. Кстати, слова успех и успеть однокорневые.

А что если за её пределами все только начинается? Что если жизнь не оканчивается со смертью физического тела? Тогда, очевидно, поставленные вопросы не праздны. Более того, всё, что казалось ценным и важным в привычной картине мира — «забег за благами» — оказывается пустышкой. И тогда успех на коротком отрезке длиною в жизнь оборачивается фиаско на длинной дистанции длиною во множество жизней. Недаром люди, получившие околосмертные переживания (ОСП) возвращаются на эту сторону Стикса изменёнными и преображенными духовно. Они перестают интересоваться деньгами, доходами и карьерным ростом. Их беспокоят высшие смыслы бытия. Что им открывается ТАМ, за чертой? Почему они не спешат поделиться своими откровениями с общественностью? Отчего их опыт запредельного игнорирует официальная наука? Это что-то новое или хорошо забытое старое?

Нижеследующий текст, основанный на обработке множества опубликованных свидетельств ОСП и их исследований, касается поставленных вопросов. Не претендуя на исчерпывающие ответы, он имеет целью пробудить к ним интерес у читателя. 

Свидетельства посмертного сохранения осознанности

«Я вступил  в духовный мир и почувствовал себя более живым человеком, чем когда либо. Я не только расстался с собственными телом и мозгом, но и  прикоснулся к другой области сознания. Вернувшись обратно, я почувствовал, что стал мудрее, я был убежден, что мне открылся другой мир и что он был абсолютно реален. Впрочем, когда я попытался рассказать об этом своему коллеге, анестезиологу стало понятно, что у него нет ни малейшего желания меня слушать. Повторилась стандартная история при рассказе врачу ожившего больного о своём околосмертном переживании (ОСП). Только на месте больного на сей раз был я…». Так описывает своё опыт выхода за пределы тела и ухода в мир иной профессиональный анестезиолог Раджив Парти в своей книге «Умереть, чтобы проснуться». После своего ОСП он отказался от практики анестезиолога и сосредоточился на работе с методикой исцеления, которая получила название «Сознательное исцеление». Знания и открывшиеся в связи с ними паранормальные с позиции современной психологии способности автора — всё это оказалось неистребимым до сегодняшнего дня результатом его удивительного путешествия.

Впрочем, так ли уж удивительна произошедшая с ним метаморфоза? Не об этом ли предупреждали нас наши далёкие предки в символических картах Таро (см. подробнее «Старшие арканы Таро»)? Не это ли фабула универсального мифа (мономифа) человечества под названием «Путешествие героя»?

Существует множество учений о загробной жизни человека, выработанных различными религиозными системами. Между тем, даже самые правоверные последователи христианства едва ли верят в глубине души в «царствие небесное», ибо большинство из них боится смерти, говорит о смерти как о чем-то «ужасном» и видит в ней какую-то страшную тайну. И хотя они употребляют выражение «успокоиться во Христе», но при этом соблюдают траур — облекаются в черные одежды, обрамляют портреты ушедших близких черными рамками и вообще соединяют смерть со всевозможными выражениями горя.

Древние народы архаичной культуры были в этом отношении мудрее нас; они не соединяли всего этого психического мрака со смертью физического тела.  Именно поэтому у них были гораздо более благоприятные для умершего и более здоровые для живых ритуалы прощания с покойниками. Кремация умерших уничтожала все тяжелые представления, связанные с медленным разложением органического вещества тела. Кроме того, их знания об истинном значении смерти было основано на бесспорном авторитете посвящённых (шаманов, магов, жрецов) и потому горевали они гораздо меньше своих далёких потомков. Что касается современного человека, отравленного материализмом и ненасытным потреблением «благ цивилизации», то он старается не думать о смерти вообще, рассматривая ее исключительно в контексте заботы о здоровье, которое он рассчитывает  купить у врачей за деньги. Религиозных деятелей, заботившихся о душевном здоровье нации, теперь заменили представители передовых научных технологий. Они уже заботятся о здоровье телесном и психическом. О душе речь давно никто не ведёт. Это «антинаучно» и потому, может повредить репутации. Смерть тела и мозга, как его части, автоматически подразумевает безусловную кончину личности, её памяти и всего накопленного за жизнь субъективного опыта. Многочисленные научно-философские диспуты вокруг природы человеческого сознания обычно фокусируются вокруг принципов организации и структуры нейронных сетей мозга. Примечательно, что на встрече российских учёных и философов с Далай-ламой XIV (май 2018-го года) по теме человеческий разум и сознание, замечания о нематериальной природе человеческого сознания и многочисленные свидетельства реинкарнации со стороны представителей буддийской философской школы вежливо игнорировались российской стороной. Сознание по умолчанию рассматривается в качестве эпифеномена мозга (подробнее см. «Проблема сознания в философии и психологии»), а смерть мозга, как следствие приравнивается к прекращению функционирования сознания умершего. Это логика представляется столь очевидной, что над её обоснованием особенно и не задумываются. Действительно, о какой такой жизни за пределами смерти можно говорить, если из-за этих пределов никто никогда не возвращался?

Но, во-первых странники постоянно возвращались из-за этого «предела», показываясь своим близким в бестелесном формате. Доказательств таких появлений существует слишком много, чтобы не считаться с ними. Стоит прочитать отчеты опубликованные в книгах Моуди Р. «Все о встречах после смерти»Ледбитер Ч.У.,  «По ту сторону смерти»,  Фламарион К.  «Неведомое», Ньютон М., «Воспоминания о жизни после жизни. Жизнь между жизнями». Во-вторых, существуют тысячи систематизированных свидетельств людей переживших ОСП и вернувшихся к жизни (см., например, проект «NDERF»). Наконец существует третий, самый неоспоримый способ исследования, который наиболее в ходу у практикующих теософов и окультистов, а также у регрессионных психотерапевтов (регрессологов) это — непосредственное расследование. Каждый человек обладает непроявленными способностями и неразвитыми чувствами, с помощью которых возможно познать невидимый глазу мир.  Для того, кто решится развить в себе эти силы, весь потусторонний мир будет раскрыт и доступен для познавания (подробнее см. например Ливон  Дж.,«Сам себе медиум»). Любой из перечисленных источников информации заставляет пересмотреть материалистическую концепцию вторичности сознания и невозможности его существования за гранью смерти физического тела. Здесь мы сфокусируемся на анализе внетелесных переживаний людей, получивших околосмертный опыт поскольку этот источник информации связан не с эфемерными призраками, но со свидетельствами людей побывавших за пределами жизни, где казалось бы невозможно никакое восприятие и тем более сохранение сознания, выживших после этого и поделившихся с нами своим опытом. С точки зрения эмпирической науки эта группа свидетельств наиболее репрезентативна. Её невозможно постоянно игнорировать поскольку она слишком велика . Существует лишь два пути: либо признать, что подобные свидетельства – плод галлюцинаций умирающего мозга или просто выдумки, либо  признать, что материалистическая парадигма в отношении объяснения человеческого сознания несостоятельна.

Начнём с определений и терминологии.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ: Околосмертные переживания (ОСП) – это события, происходящие во время смерти человека или даже с человеком, уже пережившим клиническую смерть, которые ярко (часто на всю последующую жизнь) запечатлеваются в памяти. Таких людей называют имевшими околосмертные переживания.

Следует подчеркнуть, что речь идёт о людях, чьи сердца остановились, мозг прекращал работать, а со стороны внешнего наблюдателя они выглядели умершими, либо как минимум, лишёнными сознания. И, тем не менее, эти люди отчетливо помнят события, содержащие удивительно похожие элементы.

В отличие от околосмертного опыта, опыт внетелесных переживаний не обязательно сопряжён с клинической смертью, хотя он является непременным атрибутом ОСП. Внетелесные переживания могут быть вызваны сенсорной депривацией на фоне медитативной практики, приёмом психоделиков, специальными звуковыми эффектами либо инициирован спонтанными пиковыми переживаниями. Даже вне контекста ОСП этот феномен, сам по себе свидетельствует в пользу отцепленности человеческого сознания от его тела.

Общение с умершими в трансовом или около-трансовом состоянии сознания. Такие феномены у обычных людей возникают чаще всего спонтанно или во сне, что затрудняет их научное исследование. Но есть также невероятное количество свидетельств того, что некоторые люди способны специально и довольно легко «настраиваться» на души умерших – это медиумы. Общение с умершими не редкость – в книге «Послания с того света» Билла и Джуди Гуггенхайм собрано более трех тысяч таких примеров. Эти сообщения облекаются в очень разную форму – приходят через знаки и символы, электронные аномалии, необъяснимые совпадения, через видения, ментальные послания, звуки или прикосновения.  Почти все современные ученые остаются скептиками (особенно не знакомые с исследованиями в этой области), ссылаясь на многочисленные факты мошенничества. Но существуют и неподдельные медиумы. Экстрасенсы знают, что эти необычайные способности скрыты во всех людях, но те обычно не верят своей интуиции и думают, что любое соприкосновение с душами умерших – это иллюзия или плод чересчур буйного воображения. Однако когда чужой человек вдруг узнает очень личную информацию, это может служить подтверждением подлинности контакта.  Исследования института парапсихологии доказывают реальность феномена. Так, в одном эксперименте медиумы показали статистически значимую точность описания в 76 процентов. Медиумам института сообщали только имя и не давали больше никакой информации. И все равно они оказались способны сообщить столько подробностей о 76 процентах развоплощенных, что оказалось возможным точно их идентифицировать. Протокол разработан для гарантии того, что медиумы не получат телепатически информацию от родственника духа.

Регрессия в прошлые воплощения (воспоминания о прошлых жизнях) далеко не всегда сопровождает ОСП, однако является косвенным свидетельством сознательной жизни после физической смерти тела. Реинкарнация — исконный атрибут всех религий (в том числе и Христианства, в его первоначальном виде). Он был возрождён из забвения усилиями психологов и психотерапевтов, но уже не как атрибут веры, но как база для эффективного метода психотерапии посредством регрессии в прошлые воплощения. Одним из первых, кто использовал данный вид терапии, был доктор Дэнис Келси, который вместе с Джоан Гран выпустили в 1967-м году книгу «Многие жизни». Интерес к проблемам реинкарнации и регрессий в прошлые жизни рос очень активно. В 80-х годах в США и европейских странах (в том числе и в России) были созданы ассоциации регрессионных исследований и терапии.  На сегодняшний день они объединяют сотни специалистов, в распоряжении которых имеется десятки тысяч клинических протоколов, доказывающих существование прошлых жизней и долгосрочной внешней памяти о них.

Что касается собственно околосмертных переживаний, то с тех пор как они были впервые обстоятельно изучены медицинскими методами и описаны доктором Рэймондом Моуди в его нашумевшей книге «Жизнь после жизни», опубликованной в 1975 году, этот феномен стал объектом всестороннего и систематического изучения. Подход Моуди к свидетельствам его пациентов (их было всего около сотни)  был скорее философским, чем медицинским. Он предположил, что подобные переживания регулярно возникали на протяжении всей документально обозримой истории человечества (как минимум двух тысяч четырехсот лет). Решение вопроса о загробной жизни в представлении Моуди следует искать на стыке наук о мозге и теософии, который возможен лишь при выработке единой философской платформы относительно понимания соотношения разума и тела. Впрочем, он не был пионером в исследованиях внетелесного опыта восприятия.

Еще в 50-х годах прошлого века доктор Роберт А. Монро обнародовал сенсационные данные о собственных внетелесных переживаниях, которые послужили стартовой базой для создания института Монро, ориентированного на аудио-технологии введения человека в изменённые состояния сознания.

В Университете штата Вирджиния  с середины 1960 х годов существует центр по изучению проблем нелокального сознания. Он фокусирован на разработке теории сознания, альтернативной физикалистскому подходу. Исследования здесь начались с работ доктора Яна Стивенсона, который исследовал воспоминания о прошлых жизнях у детей с использованием протоколов регрессии. Сегодня его дело продолжает доктор Джим Такер, нынешний директор отдела исследований восприятия. В его копилке регрессионных исследований предшествующих инкарнаций более двух тысяч клинических случаев.

По мере накопления подобной информации ученые пришли к изучению нелокального сознания, то есть аспектов ума, проявляющихся вне наших физических чувств, – околосмертных переживаний, общения с умершими, телепатии, психокинеза, предвидения, предчувствия, внетелесного опыта, видения на расстоянии, посмертных воспоминаний у детей, свидетельствующих о реинкарнации, и других типов измененных состояний сознания. Брюс Грейсон, психиатр из этого центра, начал изучать ОСП в начале 1970- х годов. Как практикующий психиатр, он мог отличить такие переживания от обычного психоза и шизофрении. Свой более чем тридцатилетний клинический опыт он обобщил в книге «The Handbook of Near-death Experiences: Thirty Years of Investigation» («Справочник по исследованию околосмертных переживаний: тридцать лет исследований»). Одной из особенностей ОСП по мнению доктора Грейсона является то, что у людей переживших их благотворно и на долгий срок (чаще всего на всю жизнь) меняются убеждения, мироощущение и ценности.

На основании исследований воспоминаний пациентов, побывавших в коме, ученые пришли к выводу, что воспоминания об околосмертных переживаниях отличаются от любых других видов воспоминаний о реальных и тем более о воображаемых событиях бόльшей яркостью и эмоциональностью. Фактически они доказали, что ОСП нельзя считать воображаемыми. Им пришлось признать, что эти события действительно случились и их сверхреальная природа поистине удивительна и не имеет аналогов. Они использовали гипноз, чтобы больше узнать об этих исключительных переживаниях и обнаружили, что их детализация, эмоциональная сила и самореферентность напоминают скорее воспоминания о реальных событиях, чем о снах и других воображаемых событиях.

Доктор Пим ван Ломмель – голландский кардиолог в книге «Consciousness Beyond Life: The Science of the Near Death Experience» («Осознанность вне жизни: наука околосмертных переживаний») подробно исследует быстро растущее в последнее десятилетие число клинически задокументированных случаев ОСП. Он резюмирует современное медицинское знание о взаимосвязи ума и мозга и описывает последствия ОСП. Им проанализировано состояние трехсот сорока четырех пациентов, успешно реанимированных после остановки сердца в десяти голландских больницах, из которых у 62-х (18 процентов) наблюдался так называемый «важный» (или исключительно глубокий) околосмертный опыт. Выводы ван Ломмеля ломают стереотипное понимание человеческого сознания, как продукта жизнедеятельности мозга.

Пожалуй наиболее масштабными следует признать многолетние исследования околосмертных переживаний, начатые в 1998 г. онкологом  Дж.Лонгом с коллегами. Созданный ими международный сайт NDERF содержит более четырёх тысяч задокументированных свидетельств людей, пересекавших грань жизни и смерти. Своими впечатлениями об околосмертных переживаниях поделились люди более чем на двадцати языках. Среди анкетированных, имевших ОСП, большинство были без сознания и, формально клинически мертвы – у них отсутствовали пульс и дыхание. Учитывались только переживания, которые оставались чёткими, чтобы исключить из описания отрывочные и неорганизованные воспоминания. Анкета включала шестнадцать вопросов о содержании этого опыта составленных так, чтобы отличить околосмертные переживания от не являющихся таковыми. Все случаи задокументированы и собраны в постоянно обновляемом отчёте, доступном всем желающим с ним ознакомиться. Результаты исследований опубликованы в книге Лонг Дж., 2018.  Доказательство жизни после смерти. Они, в частности, позволили вычленить ряд универсальных (т.е. независимых от этнической и религиозной принадлежности реципиента) признаков ОСП, а также собрать девять неопровержимых доказательств их подлинности (т.е. существования человеческого сознания вне тела).

По общему мнению врачей, психологов и нейрологов, занимающихся этой проблемой, ОСП характеризуется следующими универсальными признаками:

  1. Неописуемость. Эти переживания практически неописуемы или «невыразимы», потому что в нашей языковой картине мира нет слов, способных описать содержание сознания в момент смерти. Именно поэтому многие люди после ОСП говорят: «У меня нет слов, чтобы выразить то, что я пытаюсь рассказать». По этой причине, человека эмоционально пытающегося выразить свои впечатления после переживания своего околосмертного опыта либо не понимают, либо (чаще всего) не слушают вовсе;
  2. Слуховое восприятие происходящего. Многие, из переживших ОСП говорили, что слышали, как врачи или другие люди объявляли их мертвыми;
  3. Ощущение мира и покоя. В описании первых приятных чувств и ощущений во время своего опыта, превалируют именно такие указания даже после того, как была констатирована смерть. Боль, паника, угнетённое состояние и т.п. или отсутствуют или быстро рассеиваются. Один пациент с тяжелой черепно-мозговой травмой, который не подавал признаков жизни, вспоминал, что когда он парил в темном пространстве, то не ощущал боли и понимал: «Должно быть, я мертв»;
  4. Шум. Во многих случаях люди сообщали о необычных слуховых ощущениях, таких как громкий жужжащий шум или громкий звон. Одни находили этот шум довольно приятным, другие же – совершенно несносным;
  5. Темный туннель. Это наиболее общее место в описании ОСП, которое сводится к рассказу о силе, стремительно тянущей их сквозь темное пространство, которое воспринимается как туннель, к свету;
  6. Загадочный и очень яркий свет обычно венчает выход из туннеля. Этот свет не режет глаз и не исходит из определённого источника. Он как будто обнимает вас, принимая в свои владения, даря ощущение покоя и возврата домой;
  7. Расставание с телом (внетелесный опыт). Этот опыт или предшествует или возникает сразу после «полёта» сквозь туннель. Он сводится к тому, что человек смотрит на себя со стороны, находясь в другой точке физического пространства. Некоторые называли это эффектом «третьего лица в комнате» или «присутствия на сцене». Пациенты весьма подробно описали опыт расставания с телом: они понимали, что мертвы и все-таки наблюдали свое физическое тело. Многие описывали медицинские процедуры и манипуляции вокруг их тела настолько детально, что из опрашиваемых впоследствии оперирующих врачей мало кто сомневался, что пациенты в коме, так или иначе, наблюдали происходящее;
  8. Встречи с другими. Обычно опыт расставания с телом сопровождается встречами с другими «духовными существами» из сопредельных пространств и/или с родственниками (обычно умершими к моменту ОСП). Эти существа сопровождают человека в его путешествии, облегчают его первые шаги в загробном мире, или информируют его о том, что его время еще не пришло;
  9. Светящееся Существо. Среди обнаруженных общих моментов наиболее невероятным и одновременно универсальным является встреча с очень ярким светом, который часто описывают как «Светящееся Существо». Религиозные люди нередко называют его «Христом», «Богом» или «Ангелом». Светящееся Существо спрашивает, но не осуждает. Вернее говоря, оно задает вопросы, нацеленные на получение информации, которая может помочь человеку продвинуться вперед по пути истины и самопознания;
  10. Ретроспектива своей жизни. Под воздействием светящегося существа или спонтанно вся жизнь человека проходит перед его глазами. Ретроспектива необычайно стремительна, разворачивается в хронологическом порядке, она необыкновенно жива и реальна. Иногда ее даже описывают как «трехмерную». Согласно описаниям других, это переживание «эмоционально насыщено» и даже многомерно, поскольку человек может читать мысли всех людей в ретроспективе. Очень часто она помогает людям лучше понять себя, смысл прожитой жизни и уроков извлечённых из неё;
  11. Граница или предел. В некоторых случаях человек рассказывает о приближении к некому «пределу», откуда нет возврата. Эта граница описывается по-разному: как вода, серый туман, дверь, забор поперек поля или даже воображаемая линия или граница. В одном из таких случаев Светящееся Существо сопровождало человека к границе и спрашивало, хочет ли он умереть. Когда человек отвечал, что он ничего не знает о смерти, Существо говорило: «Перейди эту границу и узнаешь». По ту сторону границы он испытывал «самое восхитительное чувство» покоя, безмятежности и избавления от тревог;
  12. Возвращение в тело. Очевидно те люди, которым довелось пережить и описать своё ОСП возвращались в материальный мир. Многие противились своему возвращению и хотели остаться в загробном мире. Некоторые сообщали об обратном пути сквозь туннель и возвращении в физическое тело. В любом случае, когда они возвращались, то надолго сохраняли эти ощущения и чувства;
  13. Рассказы о пережитом. Часто эти рассказы появляются не сразу, а если и появляются, то инкогнито. Опасаясь, что рассказчика ославят как «помешанного» или психически больного, люди часто предпочитали хранить молчание о своем опыте и делились только с теми, кому доверяли. Свидетельства околосмертных переживаний появляются либо благодаря сокрытию имени автора, либо в рамках официальных исследований с соблюдением правил врачебной этики (таких как международный сайт NDERF). Типичным отзывом участников подобных опросов являются слова: «Спасибо вам за вашу работу. Теперь я знаю, что я не одинок и не сошел с ума»;
  14. Влияние на дальнейшую жизнь. Воздействие пережитого околосмертного опыта столь глубоко и значительно, что сохраняется на долгие годы, и часто меняет всю последующую жизнь (подробнее см. К.Ринг «Околосмертный опыт»).

Доказательства подлинности околосмертного переживания и, как следствие, присутствия осознанности вне тела основаны на тестировании 613-ти респондентов сайта NDERF, из которых 95% участников были уверены в реальности своего ОСП. Ниже они приводятся в порядке неоспоримости, так же как расположил их автор :

  1. Сознание сохраняется после смерти тела. С медицинской точки зрения необъяснимо, как можно иметь высокоорганизованные и отчетливые впечатления, будучи без сознания или клинически мертвым. Дело в том, что во время клинической смерти, когда сердце останавливается, кровь тут же перестает притекать к мозгу. Приблизительно через 10-15 секунд после этого мозговая деятельность, необходимая для поддержания сознания, прекращается. Об этом свидетельствуют, в частности, показания ЭЭГ, которые превращаются в прямую линию, доказывая отсутствие измеряемой электрической активности мозга. Несмотря на то, что для имеющих ОСП этот период должен представляться отсутствием какой либо осознанности, они описывают очень четкие, организованные и реальные переживания. Ярчайшие примеры подобного опыта описаны медиками, пережившими свой собственный околосмертный опыт (см. например «Александер Э. и К. Ньюэлл, 2019., Жизнь в разумной Вселенной. Путешествие нейрохирурга к сердцу сознания» и/или «Парти Р.,2017. Умереть чтобы проснуться»);
  2. Сохранение сознания под общей анестезией при ОСП. Исследование NDERF собрало множество ОСП, случившихся под общей анестезией, когда невозможна никакая форма сознания. В отличие от бессознательного состояния, вызванного травмой или серьезной болезнью, общая анестезия гарантирует отключение сознания[1]. В книге Дж. Лонга приводятся пять случаев детального описания ОСП полученных людьми под анестезией. Эти случаи — веские доказательства отцепленности сознания от мозга и тела во время ОСП, т.е. его нематериальной природы;
  3. Внетелесное восприятие окружающего мира. Имевшие ОСП могут видеть и слышать во внетелесном состоянии, и то, что они воспринимают, почти всегда существует реально. Внетелесный опыт – это первый элемент переживания у многих людей, имевших ОСП. Во время ОСП со многими происходят события, которые они не должны были бы видеть главным образом потому, что были без сознания, или потому, что эти события происходили где то в другом месте, далеко от их тела. Приблизительно половина всех опрошенных имела внетелесный опыт, содержащий зрительное и/или слуховое восприятия текущих событий. Эти события часто включают в себя созерцание собственного бессознательного тела, а также яростных попыток реанимировать его. Реальность этих наблюдений легко проверяема, и она была подтверждена сотнями сообщений;
  4. Зрительные впечатления ОСП у слепых. С медицинской точки зрения такие впечатления необъяснимы. Как человек, слепой от рождения или ослепший вскоре после рождения, может иметь упорядоченное визуальное ОСП? Однако, факт остаётся фактом. Специальные исследования этого феномена, проведенные и опубликованные доктором Шэроном Купером подтверждают этот феномен и при внетелесном опыте (без опасности смерти).
  5. Точность ретроспективы жизни. Обзор всей жизни во время ОСП точно отражает реальные события жизни этого человека, даже те, о которых он полностью забыл на момент своего внетелесного опыта. Большинство из опрошенных уподобили этот обзор повторному показу спектакля или фильма. По эмоциональному воздействию эта фаза ОСП является едва ли не самой сильной. В ретроспективе важнейших жизненных событий, проживающий ОСП оказывается не просто зрителем, но скорее судьёй. Ему впервые с полной ясностью открывается смысл пройденных или не пройденных им жизненных уроков;
  6. Встречи с умершими родственниками. В отличие от снов, практически все люди, встреченные свидетелем во время своего ОСП уже умерли. Большинство из них – его умершие родственники. Внешне они выглядят достаточно молодыми, но узнаваемыми. Общение происходит на телепатическом уровне;
  7. Околосмертные переживания детей. С детьми – даже младше шести лет – во время ОСП происходит примерно то же, что и со взрослыми. Это само по себе сильное доказательство того, что околосмертное переживание – реальность, поскольку очень маленькие дети, в отличие от взрослых, почти наверняка никогда не слышали об околосмертных переживаниях. Исследование, проведенное доктором медицины Брюсом Грейсоном в 2007 году, установило, что детские ОСП не кажутся приукрашенными или сокращенными даже спустя почти двадцать лет. Это было исследование семидесяти двух человек, имевших детское ОСП, о которых они рассказали в 1980 х годах и повторно почти двадцать лет спустя.
  8. Поразительная схожесть ОСП во всем мире. Обработка крупнейшей в мире базы описаний достоверных ОСП показало следующее:
  • Будь это ОСП индийцев в Индии, мусульман в Египте или христиан в Соединенных Штатах, во всех присутствуют те же основные элементы, включая внетелесный опыт: прохождение через тоннель, ощущение покоя, светоносные существа, просмотр событий жизни, нежелание возвращаться и трансформация человека после ОСП;
  • ОСП во всем мире оказываются сходными по содержанию, независимо от культуры страны, где живет респондент.
  • Переживания, изложенные респондентами, в целом не совпадают с тем, что можно было бы ожидать в соответствии с существующими социальными представлениями, религиозными учениями.

Главный вывод из этого доказательства: существует незримая связь, соединяющая человечество воедино, формирующая коллективный опыт единой духовной природы – нелокальное сознание;

  1. Преображающее воздействие околосмертного опыта. Получившие ОСП после этого случая во многих отношениях меняются и часто на всю жизнь. Эти изменения также универсальны для всего человечества. По К.Рингу они сводятся к следующему:
    • Возрастает понимание ценности жизни, причем часто это характеризуется не только большей отзывчивостью на ее естественную красоту, но и ярко выраженной тенденцией чутко внимать настоящему мгновенью. Исчезает недовольство прошлым, как и озабоченность будущим.
    • Эгоцентричная позиция уступает альтруистической. Это выражается в возрастании чувства терпимости, сострадания к другим, и в особенности возрастании способности проявлять безусловную любовь и сострадание.
    • Усиливаются нематериальные ценности. Эти люди склонны описывать себя более духовными, но при этом необязательно более религиозными. Появляется убеждённость в трансцендентном единстве религий.
    • Околосмертный опыт служит стимулом для повышения психической чувствительности и ускорения развития личности. Например, таким людям в большей степени свойственны переживания, связанные с эмпатией, телепатией и ясновидением, предсказаниями (особенно во сне), осознанием синхронностей и спонтанным внетелесным опытом.

Таков далеко не полный список свидетельств сохранения человеком осознанности вне тела и в том числе при околосмертных переживаниях (ОСП).

Что говорит официальная наука

Из приведенного обзора по истории накопления клинически достоверных данных об околосмертных переживаниях и изучения проблемы сохранения осознанности при казалось бы полной невозможности этого создаётся впечатление, что физикалистская парадигма, лежащая в основе традиционного научного подхода к мозгу, как источнику разума и сознания, должна была быть пересмотрена. Однако «воз и ныне там». В чём причина столь упорного игнорирования свидетельств посмертного существования разума и осознанности у человека, перешагнувшего порог смерти?

Таких причин, как минимум две.

Во-первых, сам способ познания истины, сложившийся в западной культуре, не позволяет разрешить проблему сознания в строго научном смысле, поскольку ни одна гипотеза не поддаётся экспериментальной проверке. Не случайно в сферах нейронаук и философии эта проблема известна как «трудная проблема сознания»[2], а многие ученые считают ее вообще самой серьезной загадкой в истории человеческой мысли. Во-вторых, истина, которая приоткрывается взору исследователя околосмертных переживаний опрокидывает философское основание самого метода эмпирической науки, и это может слишком дорого стоить не только и не столько для самой науки, сколько для тех, кто её финансирует. Коснёмся обеих причин.

Западный способ восприятия и, как следствие, стиль научного мышления коренным образом отличается от восточного. Об этом не раз говорилось и писалось (см., например статьи Александров Ю.И. и Александрова Н.Л.). Если западный способ восприятия предполагает всматривание в детали с последующим синтезом и пересмотром всё более общей картины, то восточный способ напротив — подобен вспышке молнии на миг освещающей всю картину, из которой потом рождается целостное восприятие. Индийский мыслитель Бхагаван Шри Раджниш (Ошо)  полагал, что, в отличие от западного философского метода, «индийский путь рассуждения объявляет вывод в начале, затем обсуждает метод и порядок действий. Западный же путь познания ставит метод на первое место, затем исследование и, наконец, вывод…». Именно поэтому, материалистическая парадигма, постулирующая объективную реальность, равноудалённую от наблюдателей как основу эмпирического метода познания с успехом применяется в естествознании с конца ХVII-го века («Ньютоно-картезианское заклятие механистической науки»). Однако не следует забывать, что «объективная реальность» совершенно умозрительное понятие, существующее лишь в рамках междисциплинарного консенсуса. Все, что реально доступно человеку для анализа это содержание его сознания. Ещё великий французский математик, механик, астроном и философ Анри Пуанкаре подчёркивал, что законы науки не относятся к реальному миру, а представляют собой «произвольные соглашения между учеными – конвенции, которые должны служить наиболее удобному и полезному описанию соответствующих явлений» ( А. Пуанкаре «О науке»).

Что же происходит в эмпирической науке, когда она касается феноменов субъективного опыта, подобных описанным выше ОСП, не поддающихся опытной проверке повторными независимыми наблюдениями? Она игнорирует те из них, которые не укладываются в свод данных, подтверждающих точку зрения достигнутого консенсуса, либо интерпретирует их в нужном для поддержки консенсуса смысле. Так как существование отделов мозга, ответственных за генерацию сознания и хранение долгосрочной памяти считается само собой разумеющимся, то исследования нейронауки сконцентрированы на поиске соответствующих зон. Когда такие зоны не находятся, появляются теории распределённых по коре головного мозга функций. На какие только ухищрения не идёт нейронаука, упираясь в факты, не поддающиеся объяснению с позиций физикализма! Так, отталкиваясь  от факта невозможности локализации в мозге зон хранения долгосрочной памяти и формирования сознания, американский нейрофизиолог Карл Прибрам предложил голографическую гипотезу работы мозга. Согласно этой концепции вся информация (подобно оптической голограмме) распределена более или менее равномерно по коре мозга, и в каждом участке представлена информация о разных событиях. Целостная же картина содержания сознания, включая воспоминания, формируется, как и в голографии, благодаря интерференции с когерентными волнами, излучаемыми работающим мозгом.

Отчаявшись локализовать ответственные за генерацию разума и сознания зоны в мозге, сторонники физикализма в нейронауке взяли на вооружение идею функционализма, которая как бы выносит философскую проблему первичности за скобки, фокусируясь исключительно на каузальной схеме поведенческой активности человека. В этом подходе человеческий мозг, как правило, ассоциируется с био-компьютером, рассчитывающим исполнительные команды телу, а любое состояние бодрствующего сознания рассматривается как «выход» с обработки потока данных восприятия и памяти. Для верификации подобной модели «чёрного ящика» используется поведенческая активность, воплощающая результат всей этой «компьютерной кухни. Так, реализуя классическую концепцию бихевиоризма и пользуясь компьютерной аналогией (мозг – машина, сознание – программа), исследователь неявно уходит от решения онтологической проблемы человеческого сознания, занимаясь наукообразным наведением причинно-следственных связей между параметрами работы мозга и её психическими проявлениями. Заметим, что уходя от проблемы первичности легко, например, объяснить восход и заход солнца поведением подсолнухов. Неслучайно нашумевшая книга философа-функционалиста Д. Деннета, называется «Объяснённое сознание».

Столь упорный консерватизм объясняется тем, что наука, отвечая на вопрос «Как?» предоставляет философии отвечать на вопрос «Почему?». Материалистическая же  философия вопрос «почему человеческое сознание удивительным образом возникает на определённом уровне сложности организации его мозга?» переадресует синергетике и Дарвинизму. Здесь на него даётся довольно расплывчатый ответ: «Потому, что так работает эволюция, создающая организмы со всё более сложными системами жизнеобеспечения, и на определённо уровне сложности самоорганизации систем появляется сознание» (подробнее см.  «Природа сознания или сознание Природы?»). В результате современная нейронаука, в распоряжении которой сейчас находится колоссальный арсенал измерительных приборов и технологий обработки данных, находит все новые и новые нейрокорреляты сознания .  Для того же, чтобы высказать мысль о внешней, нелокальной природе сознания и/или долгосрочной памяти требуется отвага канадского нейрохирурга У. Пенфилда, затратившего 30 лет профессиональной деятельности на поиски локализации разума в мозге.

Здесь мы касаемся второй, возможно более важной причины консерватизма науки в отношении объяснений феноменов сознания. В своём фундаментальном труде «Структура научных революций» американский историк и философ науки Томас Кун отмечает: «Наука часто подавляет фундаментальные новшества, потому что они неизбежно разрушают ее основные установки… Тем не менее, когда специалист не может больше избежать аномалий, разрушающих существующую традицию научной практики, – начинаются нетрадиционные исследования, которые в конце концов приводят всю данную отрасль науки к новой парадигме. Это называется научной революцией». Если бы речь не касалась столь фундаментальной философской проблемы, как соотношение ментального (духовного) и материального (телесного), споры вокруг которой идут с момента зарождения человеческой культуры[3], то революция в нейронауке бы произошла уже давно. В сущности, такой революцией можно считать возникновение системно-эволюционного подхода в 80-х годах ХХ века, обновившего все глубинные принципы нейронауки, начиная с реактивной парадигмы при объяснении психических процессов . Однако в рамках этого подхода вопрос о природе сознания стараются решать осторожно, избегая революционных заявлений, затрагивающих философский базис современной эмпирической науки (см. например «Сознание и мозг: вариант системного решения»). Другой философ науки, Карл Поппер призывал не рассматривать науку как пантеон знания, но скорее как социально организованную систему, питающую прогресс технологий новыми идеями. Современные учёные, следуя логике Поппера, в отличие от мудрецов прошлого, поглощены не столько поиском истины, сколько поиском финансирования своей работы. Что касается тех, кто финансирует науку – государственных бюрократов или представители крупного бизнеса – то их вполне устраивает материалистическая философия, как основа мировосприятия для общества потребления. По сути, именно эта, материалистическая платформа, позволила два века назад научному взгляду перехватить у религии контроль за умами, а если точнее — ключ к манипулированию массовым сознанием (подробнее об этом см. «Психическая эпидемия тотального потребительства: история, признаки, профилактика»). Возврат к идеям идеализма, метафизики и теософии поэтому рассматривается заинтересованными в существующем статусе кво лицами, как губительный для науки. Не даром австрийско-американского философа и методолога науки Пауля Фейерабенда, который утверждал, что наука может и должна опираться на мифологию, религию, фантазию и даже суждения дилетантов, в официальной науке и по сей день считают анархистом, попирающим основы естествознания.

Абсурдность ситуации с поиском места в мозгу, где формируется сознание метафорически обыграл один из отцов-основателей трансперсональной психологии Станислав Гроф в своей книге «За пределами мозга». Он уподобляет мозг человека телевизионному приемнику, и пишет: «Телевизионный механик может найти неисправный компонент по характеру искажения и устранить поломку, заменив или отремонтировав нужные детали. Никто из нас не увидит в этом научного доказательства того, что программа должна генерироваться в телевизоре, поскольку телевизор — искусственная система, и ее функции приема хорошо известны. А ведь как раз такой по типу вывод получен механистической наукой в отношении мозга и сознания» («За пределами мозга» с.19).

Что говорит неофициальная наука

И все же ситуация с пересмотром материалистического базиса эмпирической науки вообще и нейронауки в частности не выглядит безнадёжной. Первыми брешь в нём пробили представители царицы естественных наук – физики, точнее квантовые физики. Один из отцов-основателей квантовой физики, лауреат Нобелевской премии по физике 1918 года Макс Планк писал: «Я считаю сознание первичным. Я рассматриваю материю как производное от сознания. Сознание невозможно обойти стороной. О чем бы мы ни говорили, что бы ни считали существующим – все постулирует первичность сознания». Другой основоположник квантовой физики Эрвин Шрёдингер (Нобелевская премия по физике 1933 года) сказал: «Хотя я согласен, что жизнь может быть результатом случайности, не думаю, что сознание тоже. Сознание нельзя объяснить физическими терминами, оно совершенно фундаментально».

Вслед за квантовыми физиками, исследующими микромир, проблемы сознания коснулись астрофизики, изучающие мир с противоположного полюса масштабов. Еще в 30х годах прошлого века английский астрофизик сэр Джинс Джеймс Хопвуд писал: «Вселенная начинает выглядеть, скорее, как великая мысль, нежели, как великая машина. Разум больше не рассматривается, как случайный незваный гость в царстве материи; мы начинаем подозревать, что, скорее, должны рассматривать его, как Создателя и правителя царства материи». К аналогичному парадоксальному «антинаучному» выводу приходит и выдающийся астрофизик из Великобритании Артур Эддингтон. В своей книге «Природа физического мира», опубликованной в 1929 году он писал: «Идея существования Вселенского Разума, или Логоса, была бы, я думаю, весьма оправданным заключением для научной теории в ее теперешнем состоянии». К концу прошлого века вывод о глобальной одухотворенности Вселенной среди астрофизиков уже не являлся чем-то парадоксальным (см. например, Дж. Уиллер, «Вселенная соучастия», Ф.А.Вольф «Одухотворенная Вселенная»).

Наиболее крепки бастионы материализма оказались в сферах физиологии и медицины, непосредственно соприкасающихся с изучением патологий мозга и их лечением. Магия средств современной медицины (компьютерная  и магнито-резонансная томография, электроэнцефалография и т.п. ), стремительно растущий объём и качество представления данных измерений мозговой активности – всё это часто вводит в искушение наукообразием и связанную с ним иллюзию, что достаточно лишь отыскать правильный нейрокоррелят  и трудная проблема сознания будет решена. Американский нейрохирург с 25-ти летним стажем Эбен Александер, переживший ярчайшее околосмертное переживание в коме, пишет в одной из своих книг: « А что если мы не совсем понимаем, что ищем?  Что, если более глубокое понимание человеческого сознания и его истоков приходит в форме не белой вороны, а черного лебедя – чего то настолько невообразимого в нашей сегодняшней ментальности, что оно как бы и не существует, пока сам с ним не столкнешься?». В самом деле, для материалиста, обученного медицине на препарировании трупов, сложно даже представить себе, что сознание может существовать вне тела и даже вне жизни мозга, а уж объяснить это… Тем ценнее свидетельства медиков об их собственных ОСП (см. например, Раджив Парти «Умереть чтобы проснуться») и выводы, к которым приходят практикующие нейрохирурги либо исследователи мозга (см. например, Уайлдер Пенфилд «Мозг. Тайны разума»).

Более полувека назад биохимик и физиолог, Нобелевский лауреат 1967-года в области физиологии и медицины  Джордж Уолд высказался по поводу нелокальной природы человеческого сознания так: «  …Определить местонахождение разума/сознания невозможно. Совершенно абсурдно предполагать, что можно определить местонахождение явления, не подающего никаких физических сигналов, и присутствие или отсутствие которого вне человека невозможно определить. Но, еще более важно то, что местонахождение разума не только невозможно определить, а у него нет местонахождения. Это не какая-то вещь в пространстве и времени, его нельзя измерить, и, таким образом, как я и сказал в начале этой главы, его нельзя освоить, как науку». Спустя четверть века, его слова полностью подтвердились в исследованиях канадского нейрохирурга, специалиста по эпилепсии Уайлдера Пенфилда. В своей книге 1975-го года «Мозг. Тайны разума» он подытожил дело своей жизни и привел доказательства того, что сознание (включая долгосрочную память) не порождается мозгом, но скорее принимаются им из внешнего, нелокального хранилища информации. Независимо от него к аналогичному выводу приходит и австралийский нейрофизиолог, лауреат Нобелевской премии по физиологии и медицине в 1963-го года Джон К. Экклз. Вот как он сформулировал своё убеждение в книге «Wonder of Being Human: Our Brain and Our Mind» («Чудо быть человеком: наш мозг и наш разум»): «Мы являемся сочетанием двух вещей или же двух сущностей: нашего мозга с одной стороны и нашего сознания – с другой». Совместно с австрийским философом науки Карлом Поппером они высказывается в пользу нематериальной природы разума.

Идея внешней нелокальной природы морфогенетической информации (морфогенетического поля), необходимой для выполнения программ роста и развития организмов высказывалась австрийским биофизиком П.А. Вайсом и российским биологом А.Г.Гурвичем ещё в начале прошлого века. Полвека спустя эта идея была развита российским ученым-математиком В.В. Налимовым в приложении к теории нелокальности сознания. Сегодня словосочетание нелокальное сознание (Nonlocal Mind) уже не повергают в шок представителей нейронауки.

Доказательства нелокальной природы сознания

Доказательства того, что мозг не генерирует сознание, но скорее обеспечивает доступ его источнику, складываются из клинически подтвержденных явлений, необъяснимых иначе. В первом ряду таких явлений, безусловно, случаи внетелесных переживаний, в том числе вызванных околосмертным опытом. Здесь же тысячи случаев проявления паранормальных способностей, в том числе: спонтанное ясновидение, при котором пожилые слабоумные пациенты демонстрируют эпизоды глубоких рассуждений и тонкого взаимодействия с окружающими, полностью противоречащие способности столь тяжело поврежденного мозга обеспечивать воспоминания и конструктивное общение; синдром Саванта, при котором в результате определенных видов повреждения мозга – инсульта, травмы головы или аутизма – у пациентов появляется некая сверхъестественная умственная способность.

Доктор Эдвард Келли с соавторами в своих книгах «Irreducible Mind: Toward a Psychology for the 21st Century» («Неисправимый разум: на пути к психологии 21 века») и «Beyond Physicalism: Toward Reconciliation of Science and Spirituality» («За пределами физикализма: о соотношении науки и спиритизма») обобщают огромный массив информации об ОСП. В них авторы обосновывают вывод о ложности физикалистского подхода к онтологии человеческого сознания и фактически утверждают внешнюю, нелокальную природу Универсального Сознания по отношению к которому человеческое сознание является результатом трансляции доступной для восприятия информации. Соответственно роль мозга при такой трансляции сводится к фильтрации воспринимаемого (в том числе и долгосрочной памяти, хранящейся в глобальном информационном поле). В книге 2014-го года «One Mind» («Единый разум») доктор медицины и философ из Техаса Ларри Досси исследует такие необычные явления, как согласованные паттерны движений стай птиц и рыб, коммуникации между людьми и животными, групповое поведение, предчувствия, видение на расстоянии, ОСП и связь между близнецами. Это истории о том, как собаки определяли дорогу домой, находясь за тысячи километров, дельфины спасали людей, собак и китов, а кошки знали, когда рядом кто-то умирал. Досси приходит к выводу о наличии нелокального (внешнего) Универсального Сознания, которое связывает все живое на Земле и позволяет утверждать, что ноосфера В.И. Вернадского является неотделимым, нематериальным компонентом биосферы

Вдохновлённый новыми горизонтами восприятия после своего чудесного воскрешения нейрохирург Эбен Александер пишет на страницах своей книги: «То, что испытал я, и что испытали миллионы других людей, прошедших через околосмертные переживания – это черный лебедь, которого мы не знали, где искать. Мы не смогли опознать его с помощью спектрального анализа ЭЭГ, МРТ или любого другого научного метода, но он оказался спрятан на самом видном месте.  …Похоже, что мозг человека в обычном состоянии сознания пропускает лишь ограниченные формы осознанности из несравненно бόльшей группы возможных ментальных состояний. Тогда получается, что сознание можно раскрепостить до гораздо более высокого уровня, освободить от оков физического мозга, как это произошло со мной в коме».

Как это часто бывает в мире науки, упираясь в тупик порождённый ограниченностью исходных (базовых) положений, исследователь вдруг заново открывает для себя мудрость древних сакральных текстов. Отредактированная в современной ему лексике, она позволяет выйти за флажки философской базы и с лёгкостью объяснить казалось бы необъяснимое. И тогда вновь торжествует древний методологический принцип «Бритва Оккама», гласящий, что нет нужды творить новые сущности без необходимости — истинным, скорее всего, окажется самое простое объяснение!  В самом деле, основы всех известных религий восходят к универсальным мистическим переживаниям глобального Единства мира и безусловной божественной любви лежащей в его непроявленной информационной основе (см. например Торчинов Е.А., «Религии мира и опыт запредельного»). Мы можем называть это Единство на христианский манер «Царством Божьим» или следуя традициям индуизма  – Брахманом. На эмоционально чувственном плане оно воспринимается, как безусловная (Божественная) любовь, на ментальном – как Мировой Разум или нелокальное Сознание. И тогда человек, «созданный по образу и подобию Божьему» в своём сознании воспроизводит лишь то, что становится доступным для его воспроизводящего органа – мозга. А доступно ему, в бодрствующем состоянии оказывается, увы, совсем немного, ибо на физическом плане бытия человек в первую очередь должен выживать. Здесь в рабочем состоянии человеческий мозг должен обеспечить мгновенный синтез всех систем восприятия, самоидентификации и ориентации с наполнением содержания сознания целостной картиной текущей ситуации, необходимой и достаточной для принятия решения об очередном поведенческом акте (подробнее см. «От восприятия к мышлению и обратно к созерцанию»). Но ведь мозг не всегда пребывает в рабочем состоянии. Изучая мозг в пассивном режиме восприятия (гипнагогия), при значительном снижении сенсорной активности, учёные убедились, что его нейронная активность отнюдь не снижается[4]. Более того, как показали нейробиологии из Университета Пенсильвании, увеличивается способность мозга к паранормальному восприятию (восприятию тонкого мира). Освобождённый от забот о теле, успокоенный и молчащий, мозг частично блокирует функции ориентации в пространстве и времени, что эмоционально воспринимается, как утрата границ телесной обособленности («Я-отдельности») и пребывание в подлинной реальности бытия. Не случайно общим рецептом для получения трансцендентного опыта во всех мистических учениях и традициях следует считать стремление успокоить сознательный ум и освободить его от страстей и иллюзий эго. Таковы в самом общем представлении цели любой медитативной практики. И вновь, теперь уже древнейшие духовные практики становятся экспериментальной базой для нового направления нейронауки – метатеологии, объединяющей эмпирическую науку и мистицизм.

Всё это вполне соотносится с гипотезой ментальной (информационной) фильтрации французского философа и социолога Анри Бергсона. Он в частности писал: «…каждый из нас потенциально — часть Мирового Разума. Однако, поскольку мы — ещё и животные, наша задача — во что бы то ни стало выжить. Для того, чтобы сделать биологическое выживание возможным, поток Мирового Разума должен быть направлен через редуцирующий клапан мозга и нервной системы. То, что выходит с другого конца, — жалкий ручеек того сознания, которое поможет нам остаться в живых на поверхности данной планеты…». Заметим, что в философской парадигме идеалистического монизма генераторная функция мозга в отношении к сознанию, автоматически трансформируется в транслирующую. Как только вводится понятие Мирового Разума, как единого информационного  поля, доступ к которому хоть и в ограниченном виде открыт человеку, все необъяснимые с позиций классической нейронауки феномены ОСП находят своё объяснение. Анри Бергсон не был одинок в своей догадке. Мыслители и писатели конца XIX и начала XX века, включая Уильяма Джеймса, Фредерика У. Г. Майерса, Фредерика Шиллера и Олдоса Хаксли, выступали за серьезную разработку теории информационного фильтра. Сегодня сторонников такого взгляда на соотношение ментального и физического становится всё больше даже среди представителей нейронауки.

Остаётся лишь понять, что обеспечивает продолжение трансляции сознания после смерти физического мозга? Для этого необходимо обратиться к основам теософии.

Основы теософского понимания материи и человека

Теософское понимание сознания начинается с того, к чему лишь сейчас приходит философия, физика и нейронауки. Теософия трактует жизнь как неотъемлемую форму проявления всепроникающего (Универсального) сознания. «Эзотерическая философия (теософия) учит, что всё живёт и имеет сознание…» — пишет Е.П.Блаватская в своем основном труде жизни «Тайная доктрина». В этом смысле теософское понимание соотношения ментального и физического соотносится с философским наследием Б. Спинозы и Г. Гегеля, рассматривающих дух (ментальное) и материю (физическое) как два аспекта единого, непроявленного информационного начала — Абсолюта (подробнее см. «Непознаваемое сознание: проблема сознания в философии и психологии»).

Классическая атомная физика выстраивает материю из атомов и электронов, которые образуют молекулы разных по плотности веществ. Изначально предполагалось, что «атом» (от греческого ἄτομος — неделимый) представляет из себя тот элементарный «кирпичик», из которых можно построить все вещественное разнообразие материи . Эзотерическое же учение о материальных планах предпочитало толковать проявленное на полевом уровне, т.е. как совокупность вибраций (стоячих волн различной частоты). В начале ХХ-го века усилиями квантовых физиков, элементарные частицы обрели волновую природу (корпускулярно-волновой дуализм). На сегодняшний день наиболее полную картину всех известных силовых взаимодействий на уровне микромира даёт теория суперструн. Согласно этой модели реальности в масштабах расстояний порядка 10–35 м, то есть на 20 порядков меньше диаметра протона, структура материи уже не может быть представлена корпускулярно (т.е. как набор элементарных «кирпичиков»). На столь малых расстояниях  материя превращается в серию полевых стоячих волн, подобных тем, что возбуждаются в струнах музыкальных инструментов. Очевидно, что мы снова сталкиваемся с эффектом déjà vu — хорошо забытого старого. Древнейшие знания, дошедшие до нас в виде оккультизма, эзотерики и теософии получают ныне второе рождение!

Согласно этим учениям материальная вселенная доступная человеческому восприятию и измерительным приборам его науки формируется лишь в самом низкочастотном (грубом) интервале в спектра вибраций стоячих волн, формирующих реликтовое (изначальное) полевое основание материи. Таких уровней (планов) в оккультной науке выделяется семь – физический, эфирный, астральный, ментальный, каузальный, будхический, нирванический, —  хотя есть основания считать их число неограниченным. Их нельзя представлять лежащими один поверх другого, подобно книжным полкам; они находятся в одном и том же пространстве, проникая друг через друга. Иными словами, различные уровни вибраций Природы не отделены друг от друга пространственно, но существуют повсюду вокруг нас, здесь и сейчас, и мы не нуждаемся ни в каком пространственном перемещении, чтобы изучать их. Необходимо лишь открыть внутри нас самих те органы чувств, которые позволят их исследовать. Подробнее об этом см., например, Летбитер «Человек видимый и невидимый». Фактически все случаи проявления паранормальных способностей, упомянутые выше, есть не что иное, как свидетельства проникновения человеческого восприятия в тонкие миры. Учитывая неописуемость и спонтанность подобных свидетельств, а также консервативность «истинно научного взгляда» нет ничего удивительного в том, что и оккультизм и соответствующие свидетельства до сих пор рассматриваются как ненаучная мистика. Забавно, что энергетические двойники человека, представленные в виде соответствующих тел, также отрицаются официальной наукой, не смотря на то, что традиционная восточная медицина уже более двух тысяч лет с успехом применяет оккультизм для профилактики и лечения здоровья. Полевой энергообмен на уровне соответствующих тонких энергий стал основой её практик (боевого искусства Айкидо, гимнастики Цигун) и целительства (акупунктура в Китае или суджок-терапия в Корее).

На вопрос «как все это связано с околосмертными переживаниями?» можно дать простой ответ: «непосредственно».

Итак, в соответствии с матрёшечной моделью вложенных вибраций, любой человек обладает не только физическим телом, которое мы видим, но и телами, названия которых и материя, их составляющая, соответствуют тонким планам Природы. Воплощённый на физическом плане Мировой Разум, формирует не только физическое тело, но и тела более высоких уровней вибрации – эфирное, астральное и т.д. Между этими телами существует энергообмен, осуществляемый через энергетические проводники — чакры, которые распределены вдоль позвоночного столба (подробнее см. «Духовное рождение как трансформация энергообмена»). Согласно теософскому учению человеческий мозг – проводник Мирового Разума (Универсального Сознания) на уровень физического плана бытия. Человек потенциально обладает  подобными проводниками энергии-сознания и на более тонких планах бытия. Следует оговориться, что если за рост физического тела отвечают генетические программы развития организма, закодированные в молекулах ДНК, то в формировании более тонких тел принимает участие уже сам человек. Причём, чем тоньше план, тем выше требования к осознанному участию человека в выращивании соответствующего тела. В этой осознанной эволюции своей психики, а по сути — актуализации своей многоуровневой самости и состоит предназначение человека, как соучастника эволюции сознания на всех материальных планах. Так, человек, ведущий на земле «растительный образ жизни», никак не проявляющее свое духовное, творческое начало не развивает ни свое астральное, ни ментальное тело. Здесь его проводник сознания остаётся слепым, а человек на этом уровне материи остаётся бессознательным после смерти физического тела. Этим по-видимому объясняется то, что не все из прошедших околосмертный опыт, но вернувшиеся к жизни, сохраняют осознанность на тонких планах и испытывают яркие переживания. Косвенным показателем развитости тонкого тела при жизни физического может служить мощность и цвет ауры, доступные к изучению.

Человек, создающий свои тонкие тела в течение всей земной жизни в физическом теле, после его смерти переносит центр осознанного восприятия вначале в эфирное, затем в астральное и наконец в ментальное тело. Такой перенос происходит по мере истощения и распада соответствующих тонких тел. Так, проживая в эфирном мире уже вне физического тела, человек испытывает те эмоции, с которыми больше резонирует его эмоциональное существо. Постепенно его эфирное тело (витальный двойник) истощается и распадается. В религиях этот интервал времени называется временем очищения. Выше, на более тонких планах, эго человека исчезает,  сохраняются только его сверхличные чувства и мысли, его благородные и бескорыстные стремления, которыми он владел в течение своей земной жизни. Соответствующие тела все более долговечны, а начиная с каузального плана, они не распадаются вовсе. Однако осознанность человека на высших планах его бытия всецело определяется тем, на сколько он смог актуализировать на них свою самость, т.е. развить чувства и мысли, свободные от притяжения эго (подробнее см. «Эго – благо или иго?»).

Это вполне согласуется с современными положениями психологии эволюции и ситемно-эволюционного подхода к пониманию психики человека. В самом деле, мозг, как транслятор сенсорных данных на уровень осознанности (проводник сознания) обеспечивает выживание организма в сопряжении со средой обитания. На материальном плане его функция состоит, прежде всего, в обеспечении безопасности тела. Достигается эта цель специализацией нейронов относительно поведенческих актов. Разнообразие специализаций нейросетей, полученное человеком в детстве, в процессе научения и приобретения собственного жизненного опыта, убеждений, системы ценностей и т.п. позволяет ему в дальнейшем выживать в социуме, находя свойственные ему социальные ниши. Нечто подобное происходит и дальше, на тонких планах бытия. В астральном мире, человек сопрягается со свойственными себе (созвучными, резонирующими его эмоционально-чувственной природе) нишами выживания. В ментальном – с нишами, созвучных ему мыслей, убеждений, ценностей. Подобно тому, как специализация нейронов на физическом плане формирует определённый поведенческими актами спектр осознаваемого восприятия, специализация тонких нейронов (чувственного и ментального уровней) формирует соответствующий спектр человеческого сознания, доступный ему на этих уровнях бытия. Вот, как эту мысль формулирует Чарльз Летбитер: «На тонких планах Божественного Разума существуют все виды красоты и блаженства; но человек может видеть их лишь через те окна, которые проделаны им же самим».

Любопытно в этом свете представляется расхожее мнение о «дикарях» либо «тёмных наших предках». В самом деле, содержание сознания человека архаичной эпохи отличалось от нынешнего на много бόльшим присутствием в нём мистики и духовности (подробнее об этом см. «Хорошо забытое»). Такой человек отзывался и на голоса леса, и на пение ангелов. Современный человек общества потребления в эмоционально-чувственном плане тяготеет к получению всё большего комфорта и телесных удовольствий, его мысли сфокусированы на получении  денег и достижении с этой целью карьерных успехов (подробнее об этом см. «Сумерки божественного в человеческом»).  Не сложно представить, что такой, не пробуждённый в духе человек окажется мёртвым для высших уровней тонкого мира. Здесь как раз и скажутся плоды его неосознанного духовного аборта. В религиозной мифологии это называется «ответить по грехам своим»…

Заключение

Мы нечто гораздо большее наших физических тел. Мы больше наших мыслей и личностей, гораздо больше ролей, которые играем как врачи, учителя, инженеры, матери или отцы. Мы – духовные существа, живущие в духовной Вселенной. Эти истины стары, как мир. То Единое, частью чего мы являемся, получало в человеческой культуре разные имена в разные времена:  Брахман в Индуизме, Дао в Даосизме, Скрытый порядок по Д.Бому, Мировой Разум по Спинозе. Толкование этой скрытой, объединяющей и пронизывающей все планы бытия основы как Чистой информации согласно Дж. Уилеру, устраивает и физиков и философов и даже теософов. Альберт Эйнштейн на склоне лет активно интересовался природой чистой информации. В этой связи главным вопросом, который мучил стареющего гения был вопрос об основополагающем качестве этого первичного поля. Он хотел бы знать, является ли первичная энергия истоков Вселенной благоприятной, нейтральной (преобладающее убеждение консервативных ученых) или враждебна человеку?

По словам тысяч свидетелей, соприкоснувшихся с этой энергией во время ОСП и других мистических переживаний, информационный субстрат, лежащий в основе нашей Вселенной (если угодно – Бог), состоит из глубокой безусловной любви. Те, кто пребывал на краю и всматривался в иной мир, те, чье сердце резонировало с безмерной любовью, никогда не забудут это чувство – они изменились навсегда. Они знают, что едины со Вселенной. «Важнейшим уроком моего путешествияпишет нейрохирург Эбен Александер, получивший ОСП во время тяжелейшей комы перенесенной им по поводу менингоэнцефалита в 2008 году — стало понимание, что эта безусловная любовь является тканью духовной реальности, из которой возникает вся полнота реальности».

Такое восприятие мира благотворно влияет на повседневную жизнь человека. Он начинает легче относиться к смерти, больше заботиться об окружающих людях, легче воспринимать невзгоды жизни и капризы своего эго. В жизни, воспринимаемой, как «школа души» иерархия ценностей перестраивается. Преодоление испытаний ценится намного выше, чем получение удовольствий. Из отдельных индивидуумов, конкурирующих за ресурсы и движимых интересами эго, человек, прошедший второе рождение в ОСП, превращается в часть глобального организма – ноосферы. Здесь всё живущее связано общей эволюционной целью стремлением ко всё бόльшей осознанности. Эта великая цель была прекрасно истолкована французским философом и палеонтологом Пьером Тейяром де Шарденом в его книге 1955 года «Феномен человека», где он соединил современную ему науку с вечной философией. Вот, как сформулировал эту цель один из основоположников ситемно-эволюционного подхода к пониманию психики человека В.Б. Швырков в своей книге «Введение в объективную психологию: нейрональные основы психики»: «Человек, пусть и неосознанно, отражает эволюцию Вселенной в специализации своих нейронов. Возможно, что к моменту тепловой смерти физической Вселенной (или раньше) человечество именно в совокупной специализации своих нейронов отразит всю информацию об эволюционирующей Вселенной, достигнет такого уровня осознанности, на котором это совокупное знание станет ее «инобытием», точкой «Омега» Тейяра де Шардена».

У входа в Дельфийский Оракул начертаны слова: «Познай самого себя!». Это наивысшее предназначение и смысл жизни – и жизни конкретного человека, и жизни обитателей Земли, и гораздо большей общности разумных существ во Вселенной. Если следовать этому древнему указанию, то жизненный путь человека становится гораздо более серьезным и волнующим. Особенно для того, кто начинает понимать, что местоимение «свой» включает весь Мировой Разум. Тейяр де Шарден предположил, что рост сознания мира в конечном счете и есть цель существования человечества и каждый из нас играет свою роль в этом процессе. Мы раз за разом возвращаемся на Землю, чтобы участвовать в этом глобальном сотворческом усилии.

 

Литература

  1. Александер Э. и К. Ньюэлл, 2019., Жизнь в разумной Вселенной. Путешествие нейрохирурга к сердцу сознания
  2. Вебстер Р., 2004.  Воспоминания о прошлых жизнях
  3. Гуггенхайм Билла и Джуди, 2012,  Послания с того света
  4. Грант Дж. и Д. Келси., 2004. Многие жизни
  5. де Шарден Пьер Тейяр, 1965. Феномен человека
  6. Ландсберг А. и Файе Ч. 1997. Встречи с тем, что мы называем смертью
  7. Летбитер Ч.У. 1998. Жизнь после смерти
  8. Ледбитер Ч.У.,  2004. По ту сторону смерти
  9. Летбитер Ч.У. 1998. Человек видимый и невидимый
  10. Лонг Дж., 2018.  Доказательство жизни после смерти
  11. Монро Р., 2009. Путешествия вне тела
  12. Моуди Р., 2008.  Жизнь после жизни
  13. Моуди Р., 2004. Все о встречах после смерти
  14. Непомнящий Н., 2010. Люди феномены
  15. Ньюберг Э., Д’Аквили Ю. и Рауз В.,2013. Тайна Бога и наука о мозге
  16. Ньютон М., 2000. Воспоминания о жизни после жизни. Жизнь между жизнями.
  17. Парти Р.,2017.  Умереть чтобы проснуться
  18. Пенфилд У., 2017. Мозг. Тайны разума
  19. Ливон  Дж., 2017. Сам себе медиум
  20. Ринг К., 2010. Околосмертный опыт
  21. Фейерабенд, П., 1986. Избранные труды по методологии науки
  22. Фламарион К. , 1991. Неведомое
  23. Профет Э.К., 1994. Реинкарнация. Утерянное звено в христианстве
  24. Юрин В.К., 2015. Тот Мир, Где продолжается жизнь после смерти

 


[2] Этот термин ввел австралийский философ Дэвид Чалмерс в своей книге «Сознающий ум. В поисках фундаментальной теории»

[3] Подробнее о противостоянии разных философских школ в отношении феномена Сознания см. «Непознаваемое сознание: проблема сознания в философии и психологии »

[4] Впервые данный феномен был обнаружен Гордоном Шульманом в 1997 году.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>